Тербер сухо улыбнулся, будто подобная мысль раньше не приходила ему в голову, хотя, в общем, не была неожиданной. Да, примерно так. А мы-то ведь считали, что все уже наладилось. Господи, Милт! И это после того, как ты столько надрывался! Неужели мы ничего не придумаем? - Что тут придумаешь? Если только ты сможешь иногда выбираться вечером. Ты же знаешь, это невозможно. Но ты же сможешь, когда я стану офицером, правда? - Да, но это другое. Тогда я уйду к тебе насовсем. А сейчас... Кого мне просить сидеть с сыном? Кому я могу доверяться? - Ясно. Ты сама можешь что-нибудь предложить? - А если тебе поднапрячься? Ты не мог бы большую часть работы делать утром? Тербер с горечью взвесил в уме невероятную гору работы, из-под которой выкарабкивался всю эту неделю, и ему захотелось громко захохотать. Мог бы. Но сейчас важна не столько работа, сколько сам факт, что в рабочее время кого-то не будет на месте.